Время работы

"Корабль в бурю": картина с загадкой

Картина "Корабль в бурю" впечатляет в первого взгляда, но и  представляет загадку для зрителей: на этикетке значится: «Дорогов», а в нижнем правом углу подпись: «Айвазовский». Часто посетители обращаются к музейщикам с недоумённым вопросом: где ошибка? Тем более, что и у Дорогова, и у Айвазовского – морская стихия. Художников-маринистов в русской живописи не так уж много. Но если Айвазовский и сегодня у всех на слуху, то Дорогов – давно забытый художник.  

 

А.М. Дорогов. Корабль в бурю. Фрагмент картины с рамой

Художников-маринистов в русской живописи не так уж много. Но если Айвазовский и сегодня у всех на слуху, то Дорогов – давно забытый художник. Подумать, что Айвазовский, написавший за свою долгую творческую жизнь более 6000 картин о море, пользовавшийся всемирной славой, мог приписать себе еще одну работу – просто невозможно. Чем же можно объяснить интригу с подписью? Кому это выгодно? Скорее всего, владельцу картины – для придания ей более высокого коллекционного статуса.

 

А.М. Дорогов. Кораблю в бурю. Фрагмент

Истинное авторство определилось, когда в 1950-х  годах при реставрации был снят слой пожелтевшего лака. В нижней левой части картины проявилась другая подпись: «Дорогов». Выяснилось, что надпись «Айвазовский» была сделана по верхнему слою лака и не могла быть подлинной. Остальное можно только предполагать. 

Мог ли Дорогов быть соперником Айвазовского? Ранняя гибель Александра Матвеевича, в тридцатилетнем возрасте, не позволила его таланту развиться. Но он был незаурядным человеком, явно талантливым, шел к искусству целенаправленно и последовательно. О его жизни и творчестве известно немного. Поэтому подробности его недолгой, но плодотворной жизни раскрывают творческие  интересы художника.

Он родился в небогатой семье, отец служил кассиром в петербургском воспитательном доме. Александр Матвеевич учился в Институте корпуса горных инженеров (1841-1844). Но любовь к искусству привела его в Петербургскую Академию художеств. Он был принят вольнослушателем и занимался в пейзажном классе профессора М.Н. Воробьева. Вскоре успехи молодого художника были замечены, и, по просьбе художника, президент Академии художеств А.Н. Оленин обратился с прошением к императору Николаю I. Он «соизволил кондуктора Дорогова, не имеющего достаточных способностей к наукам, но оказавшего свою наклонность и отличные успехи по художествам, выпустить в службу для усовершенствования при здешней Академии в живописи и скульптуре с правом производства через год в четырнадцатый класс, при чем определить ему  приличное содержание  за счет заводов, удержав за ним обязанность прослужить по горному ведомству узаконенный восьмилетний срок». Кроме того, ему было предписано обучаться архитектуре, с той целью, «чтоб употребить Дорогова по горно-строительной части», но «по особой наклонности сего воспитанника  к живописи, дозволить ему  заниматься  оною, поелику будет возможно». Одна из интереснейших страниц жизни и творчества Дорогова – участие в научно-исследовательской экспедиции П.А. Чихачева (1808 – 1890)  по Малой Азии. Чихачев – известный путешественник, ученый, исследователь географии, флоры и фауны Малой Азии, Алтая, Апеннинского полуострова. Его мать, А.Ф. Бестужева-Рюмина – двоюродная сестра знаменитого  декабриста. Получил хорошее домашнее образование, затем поступил в Петербургский университет. Поступил на службу в дипломатический корпус, служил в российском посольстве в Константинополе. В 1835 г. оставил службу и посвятил себя  научным занятиям и путешествиям. Чихачев, знаток нескольких языков, изучал в экспедициях физико-географические условия местности, составлял карты. Главным его достижением считается открытие  одного из крупнейших в мире каменно-угольных бассейнов  – Кузнецкого. Он составил первую карту геологического бассейна и определил его размеры.  Именем Петра Алексеевича Чихачева назван один из величайших хребтов Алтая – хребет Чихачева. О значении деятельности этого человека и в наши дни говорит событие 2015 г.: в честь открытия бассейна и в память замечательного географа, исследователя и открывателя Кузнецкого угольного бассейна   был совершен автопробег по маршруту экспедиций  П.А. Чихачева.

Остается вопрос: как малоизвестный Дорогов оказался рисовальщиком в экспедиции неуемного исследователя и путешественника Петра Алексеевича Чихачева, как соединились их дороги?

Оказывается, Чихачев одно время был чиновником для особых поручений при Министерстве финансов, которому подчинялся Корпус горных инженеров. А Дорогов, как мы знаем, должен был «прослужить по горному ведомству» необходимые восемь лет. Здесь, в экспедиции могли пригодиться знания Дорогова по геологии и другим естественным наукам, а так же умения профессионального художника.

Маршрут экспедиции Чихачева был сложнейшим. Дорогов запечатлевал селения, развалины античных храмов, семибашенный  замок в Константинополе, горные увалы, улицы в Каире  и т д. Видимо, эти рисунки должны были служить материалом для дальнейшей работы.

За три месяца экспедиция из семи человек совершила вояж, полный впечатлений и испытаний, в 700 километров.  Дорогов тяжело заболел и вынужден был оставить экспедицию. На этом его деловые отношения с путешественником Чихачевым закончились.

В собраниях Государственного Русского музея, Третьяковской галереи, Публичной библиотеке Петербурга оказались произведения А. М. Дорогова: рисунки, акварели, в том числе и сделанные в других экспедициях и путешествиях художника. Он «заразился Востоком». В Публичной библиотеке  Петербурга хранятся 37 листов из путешествий по Турции. Известны его «Виды Кавказа», «Морские виды». Известно также, что Дорогов принял участие в подготовке иллюстраций  «Путешествие по Египту» другого путешественника – Е.П. Ковалевского.

Несмотря на то, что работы художника находятся во многих музеях, одна из из самых значительных картин художника – «Корабль в бурю» – принадлежит Пермской художественной галерее. 

 

А.М. Дорогов. Корабль в бурю. 1848. Из собрания Пермской художественной галереи

 

Она была приобретена в 1937 г. в частной коллекции Петербурга. Марина повествует о борьбе небольшого суденышка с грозной и величавой стихией, неподвластной человеку. Художник использует приемы живописи романтизма: эффектные контрасты света и тени. Лучи солнца, пробивающиеся сквозь мглу туч, освещают гребни волн, просвечивают темную и холодную бездну океана. Свет, освещение усиливают драматизм ситуации. Невольно напрашивается сравнение с полотнами Айвазовского. И дело даже не в изображении волн разбушевавшегося безграничного океана. Стихия парусов, столь эффектная в работах Айвазовского, уступает место в картине Дорогова веку машин и механизмов, «веку железа». Он получил основательную техническую подготовку в Горном корпусе, и «сражающийся пароходик» написал с достоверной точностью.

Русский историк искусства, писатель, искусствовед и библиограф второй половины XIX века П.Н Петров так оценивал талант Дорогова: «В конце 1840-х годов, когда слава Айвазовского в Петербурге достигла апогея, явился было и в живописи моря талант серьезный, в лице Дорогова. В короткое время морские картины его получили известность, но внезапная смерть и на этот раз уничтожила надежды почитателей родного искусства».